9870 St Vincent Place, Glasgow, DC 45 Fr 45.

+1 800 559 6580

Северные леса

Фото

Северные леса: животный мир

Читать сначала:  Северные леса

...Тем временем медвежата быстро растут. Они слепо ползают по темной берлоге, рычат и повизгивают, как щенки, порой поднимая такой шум, что и за десятки метров вас могут удивить непонятные звуки, оглашающие снежную пустыню, казалось бы совершенно безжизненную. Срок пребывания матери и детенышей в берлоге определяется продолжительностью и суровостью зимы. В южной части американских лесов время их заточения длится немногим дольше четырех месяцев, а на севере медведи спят по шесть и по семь месяцев, то есть проводят в дреме больше полужизни. Фото

Пока длится спячка, биение сердца у медведей замедляется, температура их тела понижается на несколько градусов. Это сберегает медведю драгоценную энергию, но позволяет быстро проснуться, если его потревожат.

Мелкие зверьки, такие, как сони, ежи и сурки, наоборот, погружаются в столь глубокий сон, что далеко не просто установить, живы ли они еще. Зверек свертывается в плотный клубочек, уткнув голову в живот, прижав задние лапы почти к носу, сжав пальцы в кулачки, крепко зажмурив глаза. Температура его тела лишь на градус выше точки замерзания и мышцы так окостеневают, что, если его пощупать, он не только холодит руку, как камень, но под шерстью кажется столь же твердым. В таком состоянии все процессы в организме почти останавливаются и запасы жира расходуются еле-еле. Летом сердце сурка сокращается примерно 80 раз в минуту, зимой эта цифра снижается до четырех и вместо обычных 28 вдохов он делает за минуту только два.

Этот мертвый сон не обязательно длится без перерыва всю зиму. Разбудить животное может оттепель. Но, что удивительнее, тот же результат дает и прямо противоположный стимул. Ведь если мороз проникнет в его спальню и охладит его еще на один только градус, животное погибнет. А потому с наступлением жестоких морозов спящие просыпаются и активизируют свои внутренние батареи, чтобы спасти жизнь, хотя это и заметно истощает их запасенный за лето жир. Сони и сурки на такой случай устраивают склады орехов и другого корма либо у себя в спальне, либо поблизости, чтобы подкрепить силы. Стоит температуре чуть повыситься, и они возвращаются в свою постель и снова засыпают.

Деревья стоят обнаженные. Их листья, устлавшие землю, быстро гниют. Как ни холодно, земля промерзает ненадолго, так что бактерии и грибы могут продолжать свою работу. Совсем уж мелкие животные — жуки и тысяченожки, ного-хвостки и, что особенно важно, земляные черви — пробираются в слоях опавшей листвы, смешивают ее с землей, превращают в жирный перегной. Достаточно двух лет, чтобы опавшие листья полностью разложились. Сосновой хвое даже в таких, более мягких условиях на это требуется времени более чем вдвое.

Еще дальше к югу зима уже не вызывает столь резкого прекращения жизнедеятельности. Заметные холода — редкость, и деревья рискуют оставлять свой лиственный покров. Тут уже растут многие виды вечнозеленых лиственных деревьев — магнолии, оливы, эпигеи. Некоторые виды, входящие в семейства, которые севернее сбрасывают листья, например дубы, здесь сохраняют их круглый год. И наиболее трудное для деревьев время года в этих областях не зима, а лето, когда зной так силен, что деревьям грозит опасность потерять свою влагу. Поэтому листья здешних вечнозеленых растений обычно бывают сухими с восковой водонепроницаемой поверхностью и относительно небольшим числом устьиц, нередко расположенных в основном с нижней стороны. У многих листья в самые жаркие часы свисают с веток почти вертикально, чтобы солнечные лучи не падали на них прямо. Сидя под таким деревом, скоро убеждаешься, что оно дает очень мало тени.

И тут вновь появляются хвойные. Те же свойства, которые позволили этим деревьям выдерживать недостаток влаги, вызываемый низкими температурами, помогают им и знойным южным летом. Но вот форма их меняется. На севере у многих она пирамидальна: ветки отходят от ствола вниз, так что снег с них соскальзывает, а не накапливается тяжелым грузом и не обламывает их. Здесь такая опасность крайне мала, и хвойные тянут ветви вверх и раскидывают их по сторонам, чтобы поглощать максимум света. А потому типичным южным хвойным деревом следует считать пинию с ее плоской раскидистой кроной, похожей на солнечный зонтик.

Способы сохранения воды у хвойных настолько эффективны, что они способны расти на почвах, слишком обезвоженных, песчаных и сухих для лиственных деревьев. Однако в некоторых южных областях сосны удерживают позиции и на почвах, достаточно орошаемых и плодородных для того, чтобы считаться владениями лиственных деревьев. Там они выживают благодаря еще одной своей способности — способности выдерживать пожары.

На юге США, во Флориде и Джорджии, для жарких месяцев обычны сильные грозы. Огромные черные тучи толщиной в несколько километров извергают на землю потоки дождя и бьют в нее молниями, которые ударяют в самые высокие деревья, прожигают зигзагами их стволы, а иногда и раскалывают их. Часто такие молнии поджигают опавшие листья, и по лесу проносится стена огня. Рыхлая кора сосен опаляется, но не горит и защищает от невыносимого жара расположенные под ней нежные ткани. Почки на верхушках молодых сосенок, хотя и находятся на самом пути пламени, окружены плотным пучком длинных игл, которые, правда, горят, но не очень жарко, не причиняя почке особого вреда. А к тому времени, когда иглы догорят, лесной пожар успеет миновать это место. Молодые дубки лишены такой защиты. Когда огонь, пожирающий палый лист, лижет их тонкие стволы, он опаляет растущие клетки под тонкой корой и сжигает ничем не укрытые почки, убивая деревце за считанные минуты. И молодые лиственные деревья гибнут, там где их хвойные ровесники выходят победителями из испытания огнем.

Хвойные деревья не только выдерживают подобные условия — в известной степени они их создают. Сброшенная ими смолистая хвоя, так мало поддающаяся гниению, вспыхивает как порох, а потому в хвойных лесах молнии зажигают пожары чаще, чем в лиственных. Причем пожары эти приносят хвойным прямую пользу: огонь не только уничтожает соперничающие растения, но высвобождает питательные вещества в палой хвое и обновляет почву. А дым убивает опасные для них грибы. Шишки некоторых сосен покрыты плотным слоем липкой смолы и раскрываются только после того, как подвергнутся воздействию сильного жара. Охрана подобных лесов от пламени, отряды пожарных, готовых сразу же погасить очаг огня, едва его обнаружат, нарушают установленный природой распорядок и в конечном счете могут привести к изменению самого характера леса, к превращению его из преимущественно хвойного в лиственный. Эти меры чреваты и другой, более грозной опасностью.

Без постоянных пожаров на почве накапливается все больше опавших листьев, обломанных сучьев, вывернутых с корнем стволов. И если после долгих лет охраны леса от огня пожар все-таки вспыхнет и его не остановят сразу, займется весь сухой бурелом. Подобные пожары не проносятся низом за считанные минуты. Огонь бушует на одном участке часами, распространяется во все стороны, с ревом охватывает могучие стволы, превращает кроны в пылающие факелы. Такое не способно выдержать ни одно дерево, и весь лес гибнет.

При обычных обстоятельствах стремительные низовые пожары не причиняют большого вреда животным. Птицы успевают улететь. Наземные лесные жители, такие, как гремучие змеи или черепахи-гоферы, прячутся от быстро проносящегося огня в те же норы, где всегда укрываются от полуденного зноя. Крысы и кролики, по свидетельству очевидцев, высматривают в надвигающемся огненном валу участок, где он относительно низок, и опрометью проскакивают узкую полосу палящего жара на безопасную гарь за ней.

В особом положении оказываются дятлы южных лесов. Выдалбливай они дупла в сухих деревьях, как это делают их северные родичи, огонь, легко взбежав по стволу, задушил бы их дымом, а то и прямо испепелил бы беспомощных птенцов. Красноголовый американский дятел, типичный дятел этих лесов, избегает подобной опасности, выдалбливая дупло в живых хвойных деревьях.

Но это чревато своими трудностями. Хвойные деревья лечат повреждения на стволе и ветках смолой. Обломит ли ураган сук, просверлит ли древоточец живую ткань, оставит ли зарубку топор лесоруба — рана почти тотчас начинает источать пахучее вязкое вещество, которое на воздухе затвердевает и покрывает ее прочной пленкой, удерживающей драгоценный сок внутри и не допускающей туда никакой инфекции. Смола переносится сосудами в наружных тканях ствола. Если бы дятел выдолбил себе дупло в этой части живого ствола, туда бы натекла смола, сделав его непригодным для обитания как своим душным запахом, так и просто липкостью. А потому красноголовый американский дятел пробуравливает ствол до самой сердцевины. Но чтобы в сердцевине могло хватить места для гнездовой камеры, ствол должен быть очень толстым. Поэтому дупло приходится выдалбливать пониже, где ствол достаточно толст. В этом заключается своя опасность: в гнездо гораздо легче забраться какому-нибудь врагу, в частности лазающему полозу, который постоянно взбирается по стволам в поисках птенцов. Но против полоза у дятла есть надежная защита. Он выдалбливает над и под входным отверстием расположенные в один ряд дырочки, вроде тех, на которых специализируются дятлы-сосуны, постоянно их расчищая, так что они в больших количествах выделяют смолу, и она широкой полосой опоясывает ствол. По-видимому, содержащиеся в смоле химические вещества невыносимо раздражают брюхо змеи: соприкоснувшись с такой полосой, лазающий полоз откидывается, извиваясь и отгибая туловище, и срывается на землю.

Одна и та же птица может пользоваться таким дуплом много лет — и для выведения птенцов, и как убежищем на ночь. Но долбить живую древесину много трудней, чем трухлявую, вот почему дупла эти очень ценятся другими обитателями леса, не обладающими плотницкими способностями дятла. Млекопитающие вроде белок и птицы вроде сов всегда не прочь реквизировать такое жилье, а потому дятлам все время приходится быть начеку. Красноголовый американский дятел нашел выход и тут. Эти птицы живут семейными кланами из восьми-десяти особей, но откладывает яйца только одна пара, а остальные, как правило более молодые, по очереди охраняют дупло с гнездом. Они могут даже принимать участие в выкармливании птенцов и, бесспорно, участвуют в выдалбливании новых дупел, сменяя друг друга.

Эти американские сосновые боры образуют южную кромку огромной полосы лесов, которые когда-то, прежде чем люди свели столь значительную их часть, опоясывали континенты Северного полушария из конца в конец. Повсюду в пределах этой гигантской области растениям и животным приходится приспосабливаться к условиям, которые радикально меняются на протяжении одного года, причем бывают крайне суровыми. Те, кто обитает в северной ее части, должны чувствовать себя нормально и когда день длится почти круглые сутки, и когда свет лишь ненадолго рассеивает ночную темноту. А те, кто обитает на юге, вынуждены переносить то затяжные холодные дожди, то — несколько месяцев спустя — иссушающую жару. Под воздействием столь резко меняющихся условий растения и животные неизбежно должны были выработать специфические защитные свойства и приспособления. Никто из них не способен круглый год функционировать с максимальной эффективностью.

Но всего в тысяче километров южнее проходит тропик Рака. За этой воображаемой линией солнце в определенное время года стоит точно в зените. Там простирается край, где оно ярко светит почти каждый день, где не бывает заморозков и где животворные дожди выпадают тоже почти каждый день. Именно там находилась родина лиственных деревьев, там они до сих пор сохраняют свое господствующее положение и достигают величайшего развития. Собственно говоря, по изобилию всяческой жизни эти земли не имеют себе равных в мире.

Дэвид Эттенборо. ЖИВАЯ ПЛАНЕТА. ИЗДАТЕЛЬСТВО “МИР”. Москва 1988.....

Читать сначала:  Северные леса

РАЗДЕЛЫ
САЙТА

Индекс цитирования